Abc-contact.ru

АБС Контакт
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что делать, если поставили ошибочный диагноз: советы врача и юриста

Что делать, если поставили ошибочный диагноз: советы врача и юриста

От врачебной ошибки никто не застрахован. Причем дело не только в некомпетентности или халатности медика – на постановку диагноза и ход лечения влияет множество других факторов, а также бывают и вовсе трагические случайности. Что делать, если врач все-таки ошибся, и в каких случаях нужно идти в суд, обозреватель «РИАМО в Королеве» выяснила у экспертов.

Халатность или врачебная ошибка?

Врачи и юристы в один голос говорят: судебные дела, связанные с областью медицины, являются одними из самых сложных.

«Очень редко можно однозначно сказать, почему больной, например, умер во время операции. Да, есть ситуации, когда все понятно: врач совершил явную ошибку, которая привела к смерти пациента при абсолютно положительном прогнозе. Но таких случаев единицы. Чаще всего доказать вину врача практически невозможно. Хотя сегодня медиков судит общественное мнение, и есть случаи, когда врача привлекают к ответственности под давлением общества, а не из-за его ошибки», – говорит врач Андрей Сивков.

Юристы подтверждают: чтобы действительно привлечь нерадивого врача к ответственности, нужно собрать очень хорошую доказательную базу.

«Сначала нужно четко разграничить понятия «врачебная ошибка» и «халатность».

А вот халатность – это уже явное пренебрежительное и равнодушное отношение врача к своим обязанностям, которое приводит к гибели или инвалидности пациента. Именно при таких случаях наказание должно быть суровым, потому что врач заведомо совершает противоправные действия», – объясняет юрист Сергей Смирнов.

Врачебная ошибка может быть допущена по многим причинам. Например, заболевание у конкретного человека протекало нетипично, пациент ввел медика в заблуждение или не выполнял всех рекомендаций. Кроме того, может быть неисправно медицинское оборудование, а врач может ошибиться из-за неопытности, а не халатности.

«В любом случае – была ли это халатность или ошибка – при доказанной вине врач привлекается к уголовной ответственности. Меняется только мера наказания в зависимости от тяжести последствий. Уголовный кодекс предусматривает наказание в виде лишения свободы, принудительных работ и приостановки возможности заниматься врачебной деятельностью на определенный срок. К тому же независимо от наказания пациент имеет право требовать компенсацию убытков и вреда, нанесенных по вине врача. Но нужно помнить, что это уже другое делопроизводство», – рассказывает юрист.

Когда проводить экспертизу

Чтобы понять, верно ли поставлен диагноз и правильно ли назначено лечение, нужно провести медицинскую экспертизу.

«Обычно эксперты изучают историю болезни. Воссоздают состояние пациента и сравнивают его с диагнозом и проведенным лечением. Таким образом выявляется, была ли ошибка, при каких обстоятельствах она возникла, есть ли вина медика», – говорит врач.

Когда экспертиза доказывает вину врача, его привлекают к ответственности.

«Если у пациента или его родственников есть подозрения на неправильный диагноз и лечение, то не нужно сразу делать экспертизу. При несерьезных последствиях нужно сначала обратиться в администрацию медицинского учреждения и попробовать урегулировать конфликт в досудебном порядке», – советует юрист.

Однако если сделать это не удается, а представители лечебного учреждения не идут на контакт или долгое время уходят от ответа, то нужно обратиться в страховую компанию или в прокуратуру.

«Нужно помнить, что в любое время пациент может обратиться в суд. Он имеет право подать иск, если ему отказали в оказании медпомощи, неправильно поставили диагноз или назначили неверное лечение, если врач перепутал лекарства, если непрофессионально оказана первая помощь», – добавляет юрист.

И напоминает: уже в рамках судебного разбирательства стоит провести медицинскую экспертизу, которая поможет прояснить ситуацию.

Куда направить претензию

Медицинское учреждение

Как правило, большинство случаев с врачебными ошибками решается именно на уровне руководства больницы или поликлиники. Действия врача рассматриваются на комиссии, которая выносит решение об их правильности или неправильности, а также решение о наказании медика.

«Однако такое возможно, только если пациенту не нанесен серьезный вред. При серьезных последствиях в самой больнице вряд ли будут пытаться привлечь врача к уголовной ответственности. Обычно в таких случаях медучреждение встает на сторону своего сотрудника. Поэтому доказательная база вины врача должна быть собрана как можно лучше», – предупреждает юрист.

Страховая компания

Если в больнице отказываются принимать претензию пациента, нужно обращаться в страховую компанию.

По договору обязательного медицинского страхования можно обратиться в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования http://www.ffoms.ru и написать претензию туда.

Если есть договор добровольного медицинского страхования, то нужно обратиться в свою страховую компанию.

Прокуратура

Если и страховая компания не помогла решить вопрос, то пора обращаться в прокуратуру. В Королеве ведомство находится на улице Терешковой, дом 8/28. Телефон: 8 (495) 516-87-59, электронная почта: korolev@mosoblproc.ru.

Более высокая инстанция – прокуратура Московской области. Ее адрес: 107996, Москва, Малый Кисельный переулок, дом 5. Телефон справочной: 8 (495) 628-27-88.

При составлении жалобы нужно четко изложить всю ситуацию и предоставить доказательства. К тому же следует рассказать о принятых мерах досудебного урегулирования конфликта и указать свои контактные данные.

Добиться материальной и моральной компенсации можно только через суд. Для искового заявления нужно собрать как можно больше письменных свидетельств и документов, в том числе об обращении в различные инстанции.

Уголовная ответственность за халатность

Халатное исполнение должностным лицом своих обязанностей – уголовно наказуемое деяние. В то же время, оно считается преступлением только при наличии совокупности определенных признаков, которые установлены Уголовным кодексом.

Читайте так же:
Временная регистрация в городе жуковский квартиру куда обращаться

Халатность (ст. 293 УК РФ) является наиболее трудно доказуемым составом преступления, ведь грань между объективной невозможностью выполнить определенное действие и небрежным отношением к работе довольно тонкая. Попробуем разобраться, в каких случаях должностное лицо можно привлечь к уголовной ответственности за халатность.

Ст. 293 УК РФ — основные признаки

Это преступление менее распространено, чем, скажем, кражи, избиения, мошенничество и другие умышленные деяния против имущества или личности потерпевшего. Халатность относится к ряду неосторожных преступлений, которые могут быть выражены как в форме действия, так и бездействия.

Суть деяния заключается в ненадлежащем исполнении (или неисполнении) своих должностных обязанностей, вследствие чего наступили существенные последствия негативного характера, выраженные в материальном ущербе или причинении вреда людям.

Признаки халатности следующие:

1. небрежное, недобросовестное отношение к служебным обязанностям. Ключевой момент такого поведения заключается в том, что обязанность выполняется без соблюдения необходимых правил или не выполняется вовсе.

В примере видно, что должностное лицо, наделенное организационно-распорядительными функциями, «спустя рукава» выполнил свои обязанности, связанные с проверкой поступающих к нему данных о проекте. Вследствие этого в конечном итоге наступили последствия в виде причинения вреда здоровью ребенка.

2. причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) и наступлением последствий, которые могут наступить как в отдаленном будущем (как в нашем примере), так и немедленно.

3. последствия могут быть в виде:

  • причинения крупного (более 1500000 рублей) или особо крупного (более 7500000 рублей) ущерба гражданам, государству, организациям и т.д.
    Например, когда в результате действий чиновника, при отсутствии признаков хищения и злоупотребления полномочиями, расходуются не по назначению деньги федерального бюджета. Или, в другом случае, если сотрудник полиции, небрежно относящийся к исполнению обязанности по должному хранению вещественных доказательств, утратил изъятые деньги гражданина и т.д.
  • существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций. Верховный суд РФ разъяснил, что такими последствиями следует считать нарушения конституционных прав – таких, как право на свободу передвижения, на тайну переписки, на труд и т.д. Существенным нарушением прав, к примеру, будет ограничение права доступа к правосудию – когда вследствие халатности сотрудников полиции гражданин не может добиться справедливости, претендовать на возмещение ущерба и т.д.
  • причинение тяжкого вреда здоровью человека или смерть. Констатировать тяжесть причиненного вреда здоровью должен эксперт, для этого следователем в обязательном порядке назначается судебно-медицинская экспертиза. Чаще всего тяжким вредом здоровью признается потеря конечности, органа (слуха или зрения), утрата функции одного из органов (например, человек перестает слышать) и т.д. В тех случаях, когда наступает смерть человека в результате халатности, обвинить должностное лицо в ненадлежащем исполнении своих обязанностей можно тоже только по результатам экспертизы, которая определит наличие причинно-следственной связи между его неосторожными действиями и наступлением смерти.
    Например, привлечь за халатность врача, производившего операцию, в результате которой пациент умер, можно только при наличии категоричного заключения эксперта о том, что именно действия доктора привели к летальному исходу. Если такой связи не установят, ответственности по ст. 293 УК РФ быть не может.
  • существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства – здесь имеется ввиду создание определенных препятствий, из-за которых гражданин или организация лишены возможности вести обычный образ жизни, планировать отдых, лечение.
    Например, когда врачебная комиссия не находит оснований для признания того или иного лица инвалидом из-за недостаточной серьезности заболевания, из-за стойкой ремиссии и т.д., при этом в действительности показания к признанию инвалидом имеются. В результате неверного заключения человек утрачивает возможность бесплатно приобретать бесплатные лекарства определенного ряда, пользоваться путевками на санаторное лечение и т.д.

Перечисленные виды последствий халатности альтернативны, для квалификации состава преступления по ст. 293 УК РФ достаточно или причинение ущерба, или наступление смерти и т.д. В некоторых случаях могут наступить несколько последствий в результате одних и тех же действий (бездействия).

Кто подлежит ответственности

наказание за халатность медицинских работников

Субъектом преступления по ст. 293 УК РФ может быть только должностное лицо, определение которому Уголовный кодекс РФ дает в примечании к ст. 285 УК РФ. Таким лицом является гражданин, который выполняет функции представителя власти или осуществляет административно-хозяйственные, организационные полномочия:

  • в государственных организациях и учреждениях (школах, больницах, социально-ориентированных фондах и т.д.);
  • в органах местного самоуправления (муниципалитет, городская Дума, контрольно-счетная палата региона и т.д.)
  • в государственных корпорациях (например, Росатом, Ростехнологии и т.д.);
  • в Вооруженных силах РФ, вооруженных российских формированиях и т.д.

Фигурантом дела о халатности может быть и должностное лицо правоохранительных органов – полицейский, прокурор, сотрудник системы исполнения наказания и т.д.

Чтобы сделать вывод о неисполнении тех или иных полномочий, нужно обладать достоверной информацией, какие именно служебные функции были у обвиняемого и должен ли он был их выполнять.

К материалам каждого дела о халатности следователи в обязательном порядке приобщают должностные инструкции, приказы, уставы и т.д., из содержания которых можно понять, какие обязанности возлагались на конкретное должностное лицо.

Обязанности и функции могут быть возложены на лицо временно (например, когда издается приказ об исполнении обязанности за находящегося в отпуске) или на постоянной основе.

Наказание за халатность должностного лица

В соответствии со статьей 293 УК РФ, виновному могут быть назначены следующие виды наказаний:

  • штраф в размере до 120000 рублей или обязательные работы на срок до 360 часов, а также исправительные работы на срок до 1 года – если причинен крупный ущерб (от 1500000 до 7500000 рублей);
  • штраф от 200000 до 500000 рублей, обязательные работы на срок до 480 часов или исправительные работа на срок до 2-х лет – если причинен особо крупный ущерб (от 7500000 рублей и более). Кроме того, судом может быть назначено и дополнительное наказание в виде лишения занимать определенные должности на срок до 3-х лет (например, если доказана халатность медицинских работников, может быть дополнительно назначен запрет заниматься врачебной деятельностью);
  • лишение свободы до 5-ти лет, если в результате халатных действий был причинен тяжкий вред здоровью или смерть человека. В таких случаях также может быть назначено наказание в виде запрета занимать должности;
  • лишение свободы до 7-ми лет, с дополнительным запретом занимать должности, если наступила смерть двух или более человек.
Читайте так же:
Исковое в суд на сбербанк по комиссии

Согласитесь, наказание за халатное отношение к работе с последствиями нельзя назвать слишком суровым. Уголовное законодательство в целом ориентировано на применения к осужденному длительных сроков лишения свободы за дерзкие, опасные преступления умышленного характера. Последствия, возникающие вследствие ненадлежащего исполнения обязанностей, при отсутствии прямого желания причинить существенный вред или нанести крупный ущерб, влекут менее суровое наказание.

Следует знать и о сроках давности по халатности. Так, лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности, если с момента наступления последствий прошло:

  • 2 года (по всем уголовным делам о халатности, кроме тех, когда наступила смерть человека или вред здоровью);
  • 6 лет по тем делам, где наступила смерть одного лица или причинен вред здоровью;
  • 10 лет по тем делам, где наступила смерть нескольких (двух и более) лиц.

Если указанные сроки истекли, в отношении обвиняемого прекращается уголовное дело (в случае, когда оно возбуждалось ранее). Между тем, представители потерпевших могут и после прекращении дела, в гражданском порядке взыскать с виновного должностного лица моральный вред.

Врачебная ошибка: как написать заявление в Следственный комитет

При рассмотрении дел о халатности следственные органы всегда сталкиваются с трудностями в предоставлении доказательств. Дела указанной категории расследуются Следственным комитетом РФ.

По статистике, больше всего дел по халатности возбуждают по врачебным ошибкам, причем в последнее время их количество только растет. Типичные примеры:

  • вызвали скорую помощь из-за болей в груди, врач констатировал остеохондроз, выписал направление к невропатологу. Через три часа больной скончался из-за инфаркта;
  • поздно вечером в областную больницу поступил мужчина из поселка без сознания. Врач, оглядев пациента, оценив его грязноватую одежду и наспех послушав стетоскопом, не стал его будить, так как подумал, что он пьян. Наутро сменивший дежурного врач диагностировал тяжелейший инсульт с потерей сознания, мужчина был абсолютно трезв и после длительного лечения остался инвалидом;
  • обратившись в поликлинику с внуком, бабушка по рекомендации участкового педиатра поехала в инфекционную больницу из-за подозрения на пневмонию. В больнице отказали в стационарном лечении на том основании, что бабушка не является законным представителем малыша, на вторые сутки ребенок скончался от отека легких, так и не получив медпомощь из-за бюрократических проволочек.

Таких случаев очень много, и столкнуться с ними может каждый из нас. Поэтому мы предлагаем читателю взять на заметку образец заявления в Следственный комитет, который можно использовать для обращения, если возникнет такая необходимость:

В Следственный комитет
по Центральному району города Саратова

Париной Светланы Викторовны, проживающей в
г. Саратов, ул. Чернышевского, д. 234, кв. 9
Тел. 8925000000

Прошу возбудить уголовное дело по ст. 293 УК РФ в отношении врача-анестезиолога Крупина Антона Семеновича, работающего в городской больнице № 1 г. Саратова.

22.06.2021 года в 8:30 утра мы с мужем привезли моего отца Парина Константина Александровича, 1958 г.р., в вышеуказанную больницу, без сознания. Дежурный врач Кокурина А.М. диагностировала разрыв желчного пузыря, требовалась экстренная операция.

Уже в 10 утра этого дня Парина К.А. отвезли в операционную, оперировал хирург Кондратьев В.А., анестезиологом являлся Крупин А.С. При написании мною согласия на операцию я указала в письменном виде, что у отца имеется сильнейшая аллергия на лидокаин. Данную запись врачи проигнорировали. Впоследствие мы узнали, что папе была поставлена капельница с лидокаином, что привело к отеку Квинке и аллергическому шоку, он до сих пор находится в коме, функции головного мозга на фоне такой реакции угасают, прогноз неблагоприятный.

Считаю, что Крупин А.С., являясь должностным лицом и медицинским работником с большим стажем, виновен в совершении халатности, повлекшей причинение тяжкого вреда здоровью моему отцу, Парину А.С.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 144-145 УПК РФ,

Возбудить уголовное дело по ч. 2 ст. 293 УК РФ в отношении врача-анестезиолога городской больницы № 1 г. Саратова Крупина Антона Семеновича, привлечь его к уголовной ответственности.

Парина С.В., 30.06.2021, подпись.

Лучше сделать копию заявления, на которой вам поставят штамп о принятии. Проверка в порядке ст. 144 УПК РФ будет включать запрос медицинских документов больного, которому своевременно не была оказана (или оказывалась, но ненадлежащим образом) врачебная помощь. Именно поэтому, чтобы предотвратить подделку или утрату медкарты сотрудниками больницы (такое нередко встречается), по возможности следует запастись заранее официальными выписками, бланками приема, результатами анализов и т.д., чтобы представить их в комитет.

Читайте так же:
Выплаты при увольнении лишают премии

В России передумали сажать врачей

Сергей Козлов

Минздрав и Следственный комитет, похоже, договорились, как наказывать медиков за врачебные ошибки. Подразумевается, что за «неумышленные преступления» врачей в Уголовном кодексе будут предусмотрены некие «альтернативные наказания». Однако врачи возмущены самой постановкой вопроса о наказании за ошибки – и видят в этом угрозу для развития российской медицины.

Минздрав пообещал рассмотреть предложения по изменению Уголовного кодекса, которые помогут остановить практику арестов за врачебные ошибки. Как рассказали ТАСС в пресс-службе министерства, врач не должен быть привлечен к ответственности «за добросовестное заблуждение при лечении или диагностике». Однако в случае халатного отношения и небрежности виновные должны наказываться в соответствии с законодательством.

Так Минздрав откликнулся на сообщение Следственного комитета, предложившего ввести в УК новую статью 124.1 («Ненадлежащее оказание медицинской помощи (медицинской услуги)») об альтернативных наказаниях медработников за неумышленные преступления. Решение стало результатом совместной работы СК с Национальной медицинской палатой, которая давно требовала прекратить сажать медиков «за неумышленные осложнения». Эксперты палаты вместе со следователями и создали рабочую группу, предложив в итоге соответствующие поправки.

«Мы благодарны СК за то, что они слышат наше мнение», – сказал по этому поводу РБК глава палаты Леонид Рошаль. Вместо арестов врачей группа предложила иной подход, который позволит удовлетворить требования потерпевших на основе «модели страхования деятельности медицинских работников».

Поддержал предложение СК и бывший глава комитета Госдумы по вопросам здравоохранения, сенатор Сергей Калашников. «Я был одним из инициаторов этого процесса», – заявил он газете ВЗГЛЯД. Сенатор считает, что сажать врачей нельзя уже хотя бы потому, что «большинство случаев врачебных оплошностей юридически недоказуемо». Если они доказуемы, то проблем не возникает, и медика можно и так наказать за халатность.

Дамоклов меч в виде уголовного наказания за сложную деятельность врача, например, хирурга, отбивает у него всякую охоту работать», –

По мнению Калашникова, нужно придерживаться мировых тенденций – платить врачам высокую заработную плату и «лишать лицензии на врачебную деятельность» только в случае, если такое решение будет принято медицинским сообществом», а не правоохранительными органами.

«Безграмотные следователи не должны принимать решение, правильно поступил врач или нет», – подчеркнул он. Сенатор также предположил, что платить пациенту компенсацию за врачебные ошибки будут страховые компании, чтобы в страховом договоре заранее «четко оговаривался бы характер случаев, характер помощи, время, качество и так далее».

На эту тему

Однако его коллега по Совету Федерации, в прошлом – врач-педиатр Антон Беляков не уверен, что государство должно платить за ошибки плохих врачей. Он считает, что врача не стоит полностью освобождать от ответственности – по крайней мере, материальной.

«Есть западная модель страхования, когда врач ежемесячно делает отчисления с тем, чтобы покрыть возможный ущерб от допущенной им и доказанной в суде врачебной ошибки. Когда такие отчисления делает врач в США, имеющий годовой доход 120 тыс. долларов – это одна ситуация. Когда такие отчисления делает доктор, который работает на две ставки за 16 тыс. рублей, то можно себе представить, какие там будут суммы. Понятно, что эта система не работает», – сказал газете ВЗГЛЯД сенатор.

«Я сам часто призывал к декриминализации целого ряда преступлений, связанных с работой медицинского персонала, но считаю: то, что сейчас озвучивает СК – это перегиб в другую сторону. Жертв врачебных ошибок, связанных с низкой квалификацией, очень много. Есть жертвы и с летальным исходом. Например, известный случай – перепутали правую с левой и ампутировали. Конечно же, таких «недоврачей» нужно привлекать к ответственности. В данном случае к уголовной», – потребовал сенатор.

Напомним, одно из наиболее резонансных дел о врачебной ошибке было возбуждено против московского врача-гематолога Елены Мисюриной. По мнению следователей и судей, она нарушила методику трепанобиопсии, повредив сосуды пациентки, которая скончалась через несколько дней после этой процедуры. Суд приговорил гематолога к двум годам тюрьмы. Началась кампания в ее защиту, в которой принял участие даже мэр Москвы Сергей Собянин. В апреле прошлого года Мосгорсуд отменил приговор и вернул дело в прокуратуру. В итоге Мисюрина была освобождена.

По информации СК, в 2017 году суды получили более 170 уголовных дел о врачебных ошибках, а количество жалоб на медицинскую помощь в СК составило 6050, что на 1100 больше, чем годом ранее. В 2012 году их было только 2100. Большинство осужденных в 2017 году врачей (74,7%) обвинялись в причинении смерти по неосторожности (ст. 109). В оказании услуг, не отвечающим требованиям безопасности (ст. 238), – 10,9%. Еще 6,3% подозревались в причинении тяжкого вреда по неосторожности (ст. 118 УК). Оставшиеся проходили по статьям о халатности и неоказании помощи больному.

«Говорить о каком-либо наказании врачей концептуально неверно», – заявил в интервью газете ВЗГЛЯД кандидат медицинских наук, кардиолог Ярослав Ашихмин. По его мнению, такая постановка вопроса может зарубить на корню зарождающуюся в России современную медицину. Термин «ошибка» предполагает отсутствие злого умысла, а вместо наказания людей необходимо обучать, уверен медик.

«Сегодня в медицину входит огромное количество сложных, новейших технологий, которые позволяют помогать крайне тяжелым пациентам и их применение априори сопряжено с очень высоким риском осложнений. Если врачи будут думать о том, что при наличии осложнений может последовать какое-либо наказание, они не будут использовать эти технологии.

Читайте так же:
Должны ли приставы предупреждать об аресте счета

Это приведет к тому, что мы останемся в медицинском средневековье», –

предостерег Ашихмин. Эксперт также отметил, что при наличии осложнений ни Минздрав, ни СК не смогут точно установить: имела место ошибка или дефект медицинской помощи. По мнению Ашихмина, установить правила игры в этом вопросе должна профильная медицинская ассоциация и именно в ее сфере ответственности должен находиться разбор ситуаций с возникшими осложнениями.

«Если взять сложный случай, когда пациенту со сложной анатомией сосудов был поставлен стент на уровне модели – и пациент умер. С чем это связано? Это халатность или ошибка? Особенность пациента, которая не давала возможности реализоваться никакому другому сценарию, кроме смерти? На эти вопросы сможет ответить только профильная ассоциация. У следователей никогда не будет достаточно компетенции, и у патологоанатомов тоже не будет», – заметил медик.

Медицинские ошибки, по мнению Ашихмина, неизбежны, и чем более сложные случаи берется лечить врач, тем более вероятно их возникновение. Однако и он согласен с тем, что совсем уж освобождать доктора от ответственности нельзя.

«В самом худшем случае можно приостанавливать лицензию врача и медицинского учреждения, а также рассматривать вопрос о материальной компенсации», – подытожил врач.

Плата за ошибку: за неправильные действия медиков присудили рекордные компенсации

Плата за ошибку: за неправильные действия медиков присудили рекордные компенсации

15 млн руб. в России и 15 млн фунтов в Великобритании – таковы рекордные компенсации, выплаченные за врачебные ошибки. Но отстаивать свои права в суде решаются не все, а степень успешности жалобы предсказать невозможно. Право.Ru рассматривает, какова ситуация с "медицинскими" разбирательствами в России и в мире, любят ли судиться с врачами в Европе и США и кто рассматривает претензии пациентов в Японии.

Российский рекорд: ошибка ценой 15 млн руб.

На прошлой неделе стало известно, что Первый санкт-петербургский госмедуниверситет им. академика И. П. Павлова выплатил в качестве компенсации морального вреда за врачебную ошибку 15 млн руб. жительнице Питера Ирине Разиной. Решение о рекордной для российской судебной практики компенсации принял в 2012 году Приморский районный суд Санкт-Петербурга, а в ноябре того же года решение устояло в Санкт-Петербургском городском суде.

Суд признал, что из-за ошибки медиков, выбравших неправильную тактику проведения родов, здоровью женщины был причинен тяжкий вред, а ребенок родился с необратимым повреждением головного мозга. В стабильно тяжелом состоянии он прожил всего чуть более двух лет.

Как сообщили "Право.Ru" в адвокатском бюро "S&K Вертикаль", представлявшем интересы Разиной, по заявленной, присужденной и выплаченной сумме это дело является беспрецедентным, хотя аналогичные иски подаются в российские суды регулярно.

Россия в цифрах

3 млн руб. составила в декабре 2014 года компенсация за смерть двухлетней девочки, которая скончалась в больнице Сургута по вине невнимательного педиатра.

2,1 млн руб. компенсации в ноябре 2014 года Камчатский краевой суд обязал выплатить Петропавловск-Камчатскую городскую больницу № 2, вовремя не выявившую патологию у роженицы. Родители просили взыскать 4 млн руб.

1 млн руб. взыскал в мае 2012 года Саратовский областной суд с саратовской клинической больницы № 8 в пользу мужчины, чья жена погибла при родах из‑за врачебной ошибки. Суд также присудил матери погибшей 800 тыс. руб.

1 млн руб. компенсации морального вреда в сентябре 2012 года присудил Хабаровский краевой суд женщине, чей новорожденный ребенок погиб по вине врачей. Женщина просила взыскать 2 млн руб.

1 млн руб. компенсации Миасский городской суд (Челябинская область) взыскал в феврале 2014 года с челябинской городской клинической больницы № 1 в пользу пациентки, у которой врачи по ошибке удалили щитовидную железу.

Шансы на успех

По приблизительным оценкам, ежегодно в России из-за врачебных ошибок погибает 40–50 тыс. человек. Официальной статистики медицинских ошибок и их последствий не существует, как отсутствует в российском законодательстве и само это понятие. Число возбужденных по факту неправильного лечения уголовных дел довольно невелико – во всяком случае, намного меньше, чем в Европе или США. Тем не менее обращение в суд на сегодняшний день – единственный способ защиты интересов пациента.

Надеяться на серьезную компенсацию не стоит – уголовные дела в отношении медработников прекращаются в 70 % случаев. Закон не дает и четких критериев, позволяющих определить размер компенсации морального вреда – не существует даже привязки для определения размера выплаты. В итоге сумма назначается исключительно судом, опирающимся на "разумность и справедливость, характер и степень страданий, степень вины причинителя" (1101 ГК РФ). На деле это выливается в то, что требования по медицинским делам редко удовлетворяются в полном объеме.

"Суды на формальном и психологическом уровне не способны выносить решения о взыскании значительных сумм. Последствием такого отношения является крайне низкая оценка жизни и здоровья окружающих людей", – комментирует сегодняшнюю ситуацию в сфере медицинского права партнер юридической фирмы "ЮСТ" Александр Боломатов. По его оценкам, средняя компенсация морального вреда составляет 300–400 тыс. руб. и возрастает до 1 млн руб. в случае гибели пациента.

За рубежом компенсация морального вреда начинается в среднем от $150 тыс. и может доходить до нескольких миллионов долларов. Размеры компенсаций, принятые в мировой практике, часто были установлены в результате судебных тяжб пострадавших с авиакомпаниями, железнодорожными компаниями и т. д. "Со временем данные стандарты стали нормой и были закреплены в судебной практике", – поясняет Боломатов.

Читайте так же:
Изменение договора по 223-ФЗ по соглашению сторон

Британский рекорд

Абсолютным рекордом стала присужденная недавно британским судом компенсация в размере 15 млн фунтов стерлингов мальчику, ставшему инвалидом в результате действий врачей при родах.

Диагноз ДЦП Джеймс Робшоу получил из-за кислородного голодания при рождении. При полностью сохранном интеллекте у него парализованы конечности, а общаться он может только при помощи специального аппарата, управляемого глазами.

На рассмотрение дела у суда ушло шесть лет – представители британской системы здравоохранения не торопились признать свою вину, вероятно пытаясь избежать потока аналогичных претензий.

"Справедливо решать вопрос о компенсациях опираясь на сохранение уровня жизни родственников пострадавшего, – именно такой подход избран во многих странах мира", – отмечает Александр Боломатов. Суть его состоит в том, что "уход из жизни или снижение качества жизни должно быть компенсировано таким образом, чтобы максимально снизить неудобства пострадавшего".

Именно этим принципом и руководствовался британский суд при назначении компенсации, в которую вошли стоимость пожизненной терапии, в том числе оплата услуг сиделки, работающей под руководством врача-специалиста по нарушениям мозговой деятельности; стоимость необходимого пациенту медоборудования и его обслуживание; необходимые перестройки дома – такие как, например, создание специальной терапевтической зоны; компенсация за потерю дохода в течение всей жизни.

США против Европы

США остается лидером по количеству медицинских исков – статистика приводит 50 000–60 000 исков на 301 млн жителей, то есть 170–200 жалоб на 1 млн человек. Хотя в последние годы и зафиксировано снижение числа подобных жалоб, как подсчитали в Forbes, новый медицинский иск поступает на рассмотрение каждые 43 минуты (в 3,5 раза чаще, чем, например, в Канаде). Лидируют США и по стоимости врачебных ошибок – на выплату компенсаций и сопутствующие расходы уходит около 2,4 % всех затрат США на здравоохранение.

Обычно компенсации за промахи медиков колеблются здесь в диапазоне $200 000–500000, при этом, несмотря на существующие в ряде штатов ограничения на компенсацию морального вреда, периодически переваливая и за миллион. Значительность сумм по сравнению с другими странами объясняется рядом особенностей, среди которых высокие расходы на суды присяжных, условный гонорар юристам (contingency fee – выплачивается только при успешном исходе дела), "раздельная" оплата судебных издержек сторонами и, конечно же, то, что в отличие от стран Европы система здравоохранения США не предполагает всеобщего медицинского страхования и на помощь государства в решении возникших по вине медиков проблем рассчитывать не приходится.

Слишком высокие компенсации увеличивают расходы здравоохранения и косвенно, через появление так называемой "оборонительной медицины" – в попытке подстраховаться медики назначают гораздо больше анализов и визитов, чем требуется, существенно увеличивая расходы на лечение.

В Европе (где действует так называемая "беспроигрышная система" компенсаций – no-fault system) существуют более жесткие, чем в США, ограничения, касающиеся компенсационных выплат пациентам: так, покрывается 75 % материального ущерба, а моральный ущерб компенсируется главным образом за физические страдания.

Однако подобный подход вполне оправдан наличием гарантированной медстраховки или низкой стоимостью судебных разбирательств. Существует социальный договор: врачи соглашаются на не такую высокую, как в США, зарплату в обмен на ограничение ответственности, отмечает блогер The Economist; пациенты же принимают то, что не могут подавать многомиллионные иски против медиков, но имеют доступную и качественную систему здравоохранения.

Японский прорыв

Японская практика в области врачебных ошибок до сих пор была малоизвестна в мире. Это неудивительно: пациенты, которые, по до недавних пор распространенному мнению японских врачей, должны были оставаться "непросвещенными и зависимыми", редко подавали в суд на медиков – в том числе и потому, что инициирование разбирательства обходилось в несколько тысяч долларов. Юристы, в свою очередь, не горели желанием практиковать в непростой и неприбыльной области медицинского права. Процессы затягивались на долгие годы – средний срок рассмотрения медицинского иска в середине 1990-х годов составлял 3,5 года, но мог растянуться и на 20 лет. Вознаграждения же оставались предсказуемо невысокими – в принятии решений о суммах судьи использовали суммы компенсаций, принятых при дорожных авариях, игнорируя моральный ущерб. Низкие страховые суммы для медучреждений только усугубляли ситуацию.

В последние годы ситуация изменилась: в результате проводимых властями страны реформ число исков о врачебных ошибках возросло и составляет 5000–10 000 исков на 170–200 млн населения, т. е. 40–80 жалоб на 1 млн человек – для сравнения, в 2004 году общее число исков составляло 1100.

Врачи стали с большей уверенностью делиться с пациентами информацией, предварительно заручившись информированным согласием на проведение терапии, общее число юристов возросло за счет снижения планки при сертификации, а радикально решить вопрос о длительности процессов помогло учреждение в восьми территориальных зонах специальных подразделений суда, в которые направляются все жалобы, касающиеся врачебных ошибок. Результат – не только опытные судьи, работающие с пулом независимых экспертов, но и появление "экспертных советов", решающих вопросы сторон на досудебной стадии.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector